Зигмун

— Зигмунт, как ты можешь... — Если бы Ковальский,— сказал Рушинский,— сделал нотариальное заявление, в котором бы указал, что Ярецкий в своем завещании совершил очевидную ошибку и что в связи с этим он, Ковальский, отказывается от наследства, наверное, удалось бы избежать огласки. Позицию пани Ярецкой я прекрасно понимаю. — Надо быть психом, чтобы согласиться на это,— буркнул Квасневский. — Почему же?— Адвокату Ресевичу понравилась идея коллеги.— Если мы сумеем убедить его, что ему все равно наследства не получить, он, возможно, и согласится сделать такое заявление. Конечно, не даром. — Еще и платить этому аферисту!— не мог успокоиться Квасневский. — Я думаю, что в такой ситуации он не будет чрезмерно требователен,— сказал майор, не сводивший глаз с красивого лица молодой вдовы.— Это предложение мне тоже нравится. — Может быть, меценат Рушинский и вы, майор, любезно согласитесь поговорить с этим человеком?— попросила Ярецкая.— Лучше немного потерять, чем иметь громкий процесс. — Мне этого делать нельзя. Я сотрудник милиции, и мое участие может быть расценено как попытка оказать давление, что, конечно, недопустимо. — А я, как исполнитель завещания Ярецкого, не имею права принимать чью бы то ни было сторону,— уклонился в свою очередь Рушинский. — Не в этом дело, Метек,— обратился к коллеге Ресевич.— Тебе нужно только совершенно беспристрастно проинформировать Ковальского о нашем намерении внести в суд иск о признании завещания недействительным. Ты также объяснишь ему, каковы будут при этом его шансы, и, наконец, сообщишь, что мы ради обоюдовыгодного согласия и избежания суда готовы выплатить ему определенную небольшую сумму за добровольный отказ от наследства. Мы же, Метек, тоже заинтересованы, чтобы ты действовал как можно беспристрастнее. Я уверен, что и наше начальство не будет возражать, если ты выступишь в такой роли.

Не мое это дело Никто не выразил протеста Родился в двадцать третьем году Таинственное письмо Вы проиграете процесс Первый запрос