|
Никто не выразил протеста.
Адвокат Рушинский, подчеркнув, что принимает участие не как заинтересованная сторона, а только в качестве свидетеля ряда поразитель ных фактов, рассказал о происшедших событиях. Более всех были изумлены майор Калинович и Зигмунт Квасневский. Для обоих многое из сказанного Рушинским оказалось новостью.
— Это аферист!— горячился молодой человек.— Его надо арестовать! Как влепят ему пару лет, пропадет охота фокусы выкидывать!
— То же самое и я твержу,— поддержал молодого человека Анджей Лесняк.
— Не так-то это просто,— возразил адвокат Ресевич.— Не окажись в завещании Ярецкого одной фразы, наша встреча была бы абсолютно бесполезной затеей, а Станислав Ковальский, безусловно, стал бы наслед ником.
— Это почему же?— спросил Квасневский.
— Потому что Влодзимеж Ярецкий имел право по своему усмотрению распорядиться половиной имущества. Он мог завещать его первому встречному, даже приюту для бездомных собак или кошек. А уж тем более Станиславу Ковальскому из Воломина. Только фраза наследодателя, что он делает это в знак благодарности за то, что тот спас ему жизнь во время Варшавского восстания, вызывает сомнение относительно действительности этого документа. Ноя лично не усматриваю здесь злого умысла со стороны Ковальского.
— Но Ковальский-то утверждает, что именно он спас жизнь моему дяде.
— Он сказал это в частном разговоре с адвокатом Рушинским,— разъяснил Ресевич.— И я не удивляюсь этому. Его уведомляют о большом
наследстве, и он хочет его получить. Такого рода ложь нельзя рассматривать как мошенничество.
— Я удивляюсь, как вы можете защищать этого- афериста! Ведь вы должны представлять интересы Баси. Что же это такое?!— Молодому человеку явно недоставало выдержки и такта.
— Именно как доверенное лицо Барбары Ярецкой я обязан защищать ее интересы и предостеречь, дабы, не желая тогог она не навлекла на себя обвинения в преступлении, именуемом в уголовном кодексе «ложными показаниями»,— сухо отпарировал Ресевич.— Согласен, что Ковальский, заявляя, будто он спас Ярецкого, поступает нечестно. Но это еще не мошенничество.
— Успокойся, Зигмунт,— одернула племянника Барбара Ярецкая.— Меценат Ресевич прав.
— Позвольте мне кое-что разъяснить,— обратился к собравшимся майор Калинович.— Адвокат Рушинский по телефону кратко рассказал мне об этой любопытной афере. Я решил проверить, что из себя представляет Станислав Ковальский из Воломина. Оказалась, личность эта хорошо известна милиции не только тех мест, но и варшавской. Мелкий воришка и мошенник. Имеет уже несколько судимостей. Часть сроков отсидел, а часть скостила амнистия. Заниматься трудовой деятельностью явно не расположен. Когда нужда припирает, он, как говорят у нас в столице, начинает «подторговывать» чем бог пошлет. У меня имеются его анкетные данные. Майор вытащил блокнот и начал читать: «Станислав Ковальский, год рождения 1933, место рождения — деревня Белька Струга...»
| 
