Вы присутствовали при обыске

— Вы, капитан, присутствовали при обыске? ; — Я его и проводил. t — Помните, как была обнаружена граната? — Да, припоминаю. Печь там очень высокая. Чтобы заглянуть наверх, пришлось придвинуть стол. — Вы сами ее сняли или вызывали саперов? — Конечно, сами. Не вызывать же саперов из-за такой ерунды. Милиционер снял ее с печки, осторожно положил на стол, и все мы рассматривали этот ныне редкий трофей. — Много пыли было на ней? Милиционер, наверное, был весь в пыли, доставая гранату. — Пыль на ней была, но немного. — Предмет, который, согласно вашей теории, пролежал на печке годы, должен был покрыться толстым слоем пыли и паутины. Вы, надеюсь, не допускаете, капитан, что Чихош регулярно пылесосил свое жилище? Эта граната хранится у вас вместе с другими вещами подозреваемого? — Конечно, нет!— рассмеялся капитан.— Ее мы передали саперам. Чихош, естественно, не возражал против этого. — Жаль. — Почему? — Если бы граната лежала там и сейчас, криминалисты, вероятно, смогли бы сказать, как долго она находилась на печке. — А это важно? — Вполне вероятно,— ответил адвокат,— что этой авиабомбой будет сокрушен обвинительный акт. Опасаюсь, что вы поступили легкомысленно, уничтожив очень важную улику. — Вы это серьезно? — Если бы граната взорвалась в то время, когда Чихош находился в своей квартире, то это могло бы стать идеальным способом закрыть дело. Убийца Брегулы погиб бы от взрыва гранаты, а следствие было бы прекращено раз и навсегда. Я предполагаю, что кто-то 0ыл очень заинтересован именно в такой развязке. — Кто? Мы?!— вскипел капитан, не желая признать тот неприятный факт, что адвокат своими построениями пробил небольшую брешь в стройной конструкции следственного заключения. С гранатой действительно получилась промашка. Следовало обратить внимание на то обстоятельство, что на ней было не много пыли. Но кому могло прийти в голову, что кто-то таким изощренным способом покушается на жизнь Чихоша? Просто невероятно! — У меня и мысли не было подозревать вас или органы милиции в какой-либо тенденциозности,— оговорился Рушинский.— Для меня дело Романа Брегулы — только часть головоломки. Я хочу ее разрешить и поэтому возьмусь защищать Чихоша. Я твердо уверен, что эта бомба вскоре взорвалась бы. Адам Чихош и не подозревает, как ему повезло. Не сорвись его налет и не арестуйте вы его, ему бы наверняка несдобровать. — Вы, меценат, усложняете простое дело.

Готовы были принять и акцептовать версию Вы, меценат Что сталось с бельем убитого Взорвалась авиационная бомба Заявление Маленькое сообщение