|
Майор закурил, но не прервал адвоката.
— Так вот, жил в Нью-Йорке молодой человек, жизненным кредо которого было: «Лучше умереть, чем работать». Однако он не намеревался вести жизнь отшельника, питающегося акридами и диким медом. Напротив, он любил комфорт и все радости жизни, а превыше всего деньги. Ради них он не остановился бы и перед убийством.
— Не слишком оригинальный сюжет избрал ваш приятель для своего романа.
— Дальше будет оригинальнее. У молодого человека есть тетка, сделавшая чисто американскую карьеру. Как она жила раньше — значения не имеет. Важно одно: она вышла замуж за миллионера, владельца круп ных фабрик.
— Уж не производящих ли предметы религиозного культа?
— Для развития сюжета это также значения не имеет. Итак, фабри кант был богат, а тетка скупа, или, во всяком случае, не спешила открыть свой кошелек для столь многообещающего племянника. Чтобы подобраться к состоянию своего названого дядюшки, молодой человек разработал хитроумный план. Этот план состоял — я это подчеркиваю — из двух
частей, а вернее сказать, из плана номер один, основного, и плана номер два, запасного. Если в результате осуществления первого плана цель не будет достигнута, в действие вступит второй план. Это свидетельствует о том, что молодой человек исключал возможность провала. Преступление он планирует осуществить таким образом, чтобы у нью-йорской полиции не возникло никаких подозрений — она должна быть уверена, что имеет дело с несчастным случаем. Короче говоря, наконец-то должно было свершиться «идеальное преступление».
— Среди математиков есть одержимые идеей вычислить квадратуру круга,— заметил майор,— а среди преступников не переводятся маньяки, вновь и вновь замышляющие «идеальные преступления». И те и другие делают это с одинаковым «успехом». Извините, меценат. Продолжайте, пожалуйста.
— Итак, молодой человек отыскал одного актера, правда уже рас ставшегося по каким-то причинам со сценой, но обладавшего двумя ценными качествами — сходством с дядюшкой-миллионером и умением накладывать грим. К тому же этот актер за определенную сумму готов был на все.
— Будь я автором этого романа, я бы взял не актера, а парикмахера.
— Это уж дело вкуса. Одних устраивают парикмахеры, а которые с художественным вкусом, те предпочитают брать на такое дело актеров. Короче, актер, загримированный под дядюшку-миллионера, является к одному нью-йоркскому адвокату и вручает ему свое завещание и письмо, адресованное полиции.
— Это сказочка очень похожа на ту, которую я намеревался вам рассказать. Но поскольку у меня полностью отсутствуют литературные амбиции, я героев своей истории не отправляю ни в Англию, ни в Соеди ненные Штаты.
— Я уже замечал, что нередко мысли могут совпадать.
— Вернемся все-таки к вашей побасенке, меценат.
— Мнимому миллионеру удалось обмануть адвоката. Да и не удиви тельно, у него были на руках документы, удостоверяющие личность того, за кого он себя выдавал. Выкрасть у дядюшки документы для племянника, сами понимаете, труда не составляло. Было сделано завеща ние, согласно которому нью-йоркский миллионер записал все имевшееся в его распоряжении со^тоядше Джону Смиту в благодарность за то, что тот спас ему жизнь в Минданао на Филиппинах во время боев американцев с японцами. Проживал же этот Смит в Джерси-Сити под Нью-Йорком.
| 
